Эвакогоспиталь № 1390 (г. Муром)
Эвакуационный госпиталь № 1390 начал работу в Муроме на второй день войны, 23 июня 1941 года.
Первый в городе госпиталь имел смешанный (общий) профиль. Это означало, что медицинскому персоналу приходилось принимать всех поступающих – независимо от характера ранений или заболеваний. Учреждение подчинялось напрямую Наркомату здравоохранения СССР.
Размещался госпиталь на нескольких площадках. Согласно справочнику дислокации госпиталей Рабоче-крестьянской Красной Армии, под его нужды были отведены: здание Муромского учительского института (ул. К. Маркса, 24); Дом Колхозника (ул. Ленина); помещения трех городских школ.
Школы идеально подходили для переоборудования под госпитали. Во-первых, это были самые просторные здания в тыловом городе. Во-вторых, учебные классы легко превращались в палаты: достаточно было вынести парты, побелить стены, расставить кровати – и медицинское учреждение готово к приему раненых.
Распределение корпусов:
- в деревянной школе № 7 (довоенной постройки) разместились терапевтическое и глазное отделения;
- главный корпус занял здание 13-й школы (ныне – № 16);
- а 12-я школа была отведена под лечение высшего командного состава.
Организацию и оснащение госпиталя поручили военврачу 3-го ранга Митрофану Немцову, прибывшему из Мордовии. Приходилось собирать всё необходимое буквально по крупицам: не только медицинское оборудование, мебель и кровати, но даже обычную посуду. Позднее к техническому оснащению госпиталя подключились городские предприятия – эту задачу координировал городской комитет партии. На переоборудование школьного здания под госпиталь отводилась неделя, но справились за пять дней.
Все те, кто был назначен сюда для работы в этом госпитале, явились по месту назначения и стали разворачивать госпиталь: выносили парты, готовили операционные, палаты и перевязочные. Первые раненые, по воспоминаниям бывших работников госпиталя, начали поступать в августе. Сначала их привозили с речного вокзала, а позже начали доставлять и железнодорожными эшелонами, – рассказывает преподаватель ОБЖ школы № 12 С. А. Ларина.
В недостроенном здании семнадцатой железнодорожной школы около вокзала Муром-II был организован сортировочный госпиталь на пятьсот коек. Санитарные поезда с Казанского вокзала Москвы доставляли по пятьсот-шестьсот раненых, из которых около 75% составляли лежачие больные. На разгрузку отводилось четыре часа, после чего поезд отправлялся обратно в Москву за следующей партией раненых.
В штате эвакогоспиталя не было носильщиков, поэтому помощь оказывали местные жители, работавшие в две смены. На предприятиях и в учреждениях города формировались дружины, которые прибывали к вокзалу по прибытии санитарного поезда.
Госпиталь пополнялся не только врачами, прибывшими из Москвы и других городов, но и местными медицинскими работниками из Мурома – все они были военнообязанными. Один из корпусов возглавляла капитан медицинской службы Мария Петровна Ковалёва. Врачами-ординаторами работали Лидия Ивановна Скворцова, Ника Гавриловна Семёнова и Галина Николаевна Нерытова. Фельдшером служила Елизавета Ивановна Евстегнеева.
Нелёгкую службу медсестер несли: Ольга Михайловна Рябова, Татьяна Ивановна Куликова, Тамара Михайловна Максимова, Анфиса Михайловна Самыгина, Мария Алексеевна Рукосуева, Мария Васильевна Малышева, Анна Фёдоровна Субботина и Лидия Васильевна Миронова.
В операционной трудилась Елена Ивановна Погодаева, а палатными сёстрами были Анна Васильевна Мочалова, София Павловна Цушко и Мария Григорьевна Филиппова.
За питание больных отвечала диетсестра Вера Алексеевна Табашникова, а лекарственное обеспечение лежало на фармацевте Зое Сергеевне Зворыкиной.
Незаменимую помощь оказывали санитарки Ефимья Георгиевна Баранова, Евгения Ивановна Зверева и Елена Кузьминична Шрубак, а также палатные няни Мария Алексеевна Катунина и Евдокия Евсеевна Никифорова.
Политработу в госпитале вёл Сергей Васильевич Алексеев.
Среди медперсонала оказалась и врач-терапевт Лидия Ивановна Скворцова, которой, как и многим её коллегам, пришлось в экстренном порядке осваивать сложные хирургические операции, включая ампутации.
Тогда многие бывшие терапевты стали хирургами. Кроме того, они освоили технологию переливания крови раненым и сами становились донорами. Работали и днём, и ночью. Бабушка по две недели не приходила домой. Ей даже пришлось нанять домработницу, чтобы следить за двумя малолетними детьми, – рассказывает внучка Л. И. Скворцовой Е. Артамонова.
Она говорила, что это было огромное моральное и физическое напряжение. Но весь коллектив работал самоотверженно, это были люди-герои.
Санитарок и вспомогательный персонал набирали из местных жителей – для этого даже публиковали объявления в газете «Муромский рабочий». Летом 1941 года одно из таких объявлений увидела шестнадцатилетняя Шура Кузьмина (в замужестве - Спасская).
Мы пришли с подружкой в госпиталь, и нас распределили: её - санитаркой, а меня - на кухню. Я мыла посуду, раздавала пищу солдатам, носила тяжёлые вёдра с едой из пищеблока в столовую на второй этаж, – вспоминала Александра Григорьевна. – Кроме этого, мы собирали для раненых травы, а ещё ходили по городу и ближним деревням и просили стаканы, ложки, тарелки, потому что в госпитале не хватало посуды. А зимой нас посылали на заготовку дров, ведь госпиталь отапливался дровами…
Шура Кузьмина работала в школьном пищеблоке – подвальном помещении школы № 12, тогда как столовая располагалась на втором этаже, в том самом месте, где сейчас находится актовый зал. Раненых размещали в светлых палатах, окна которых выходили на южную, солнечную сторону. На первом этаже размещались медицинские кабинеты: рентген, физиотерапевтический и перевязочная. Операционные занимали два помещения – одну оборудовали в нынешнем кабинете химии, а вторую в том зале, где сегодня школьники занимаются физкультурой.
Из воспоминаний врача Л. И. Скворцовой:
С 27 августа 1941 года раненые поступают каждый день. После санпропускника мы на носилках носим их по палатам. Утром ухожу к семи часам, а возвращаюсь в совершенной темноте. В городе маскировка. Ни огонёчка…
В первые месяцы войны раненых было так много, что медицинский персонал даже не уходил домой. Врачи ночевали прямо в госпитале.
Самым тяжёлым испытанием стали дни боёв под Москвой. Осенью 1941 года поток раненых превратился в нескончаемый поток – врачи работали до изнеможения, порой теряя сознание прямо в операционной. И дело было не в нехватке еды – и медперсонал, и пациенты получали положенное питание. Просто у хирургов не оставалось ни минуты, чтобы прерваться на обед. Операции шли сутками – ведь от скорости часто зависела жизнь бойца.
Их труд – без сна, без отдыха, на грани человеческих сил – не остался незамеченным. Большинство сотрудников госпиталя были удостоены медалей «За оборону Москвы» – скромных, но бесценных знаков того, что их подвиг был не напрасен.
Не всех раненых удалось спасти. Согласно документам, с июня 1941 по декабрь 1943 года в госпитале № 1390 от полученных ранений скончались 617 военнослужащих. Их имена были установлены в результате работы поисковых групп.
Недавно опубликованные электронные версии «Книг умерших» (документов, которые военные госпитали обязаны были вести по приказу Наркомата обороны) позволили выявить новые исторические детали. Среди записей госпиталя № 1390 обнаружились имена пятерых немецких военнопленных.
Хотя их лечили отдельно от советских бойцов, хоронили пленных на том же Напольном кладбище, где покоились красноармейцы. Правда, не в братской могиле – их захоронения были обособленными.
Позднее, в память о воинах, скончавшихся в муромских госпиталях в 1941–1945 гг., на этом кладбище возвели мемориальный комплекс (1957–1985 гг.). Над его созданием работали: художник Р. Кутаев, архитектор Н. Беспалов и инженер В. Румянцева.
Если число погибших известно точно, то количество вылеченных и вернувшихся в строй остаётся приблизительным. По сведениям муромского краеведа Владимира Елистратова, через госпиталь за время его работы в Муроме могло пройти более 6000 раненых.
Среди пациентов госпиталя были будущие Герои Советского Союза – разведчик И. П. Романов и лётчик В. А. Верхоланцев.
Благодаря самоотверженной работе медиков многие бойцы, получившие ранения, смогли вернуться в строй. Перед отправкой на передовую они нередко дарили врачам и медсёстрам свои фотографии – как знак благодарности и память о пережитом.
Согласно архивным документам, опубликованным на портале «Память народа», большинство выздоравливающих бойцов отправляли на реабилитацию в батальон выздоравливающих при 206-м запасном полку.
Из этих материалов следует, что с ноября 1941 года по 2 апреля 1945 года начальником госпиталя служил майор медицинской службы – кандидат медицинских наук Ян Павлович Бугайский. Доброволец, он вступил в ряды Красной Армии в июле 1941 года, посвятив себя спасению раненых воинов.
А ученики школ продолжали занятия. Правда, их классы временно переместились в городские библиотеки и музеи. Днём дети стояли у доски, выполняли домашние задания, а после занятий многие из них бежали в госпиталь № 1390, чтобы помогать раненным бойцам: кормили их, убирались в палатах, готовили концерты.
Госпиталь № 1390 функционировал в Муроме до 15 декабря 1943 года, выполняя свою основную задачу - лечение и реабилитацию военнослужащих. Затем он был передислоцирован ближе к линии фронта, в освобождённый к тому времени Смоленск, позже - в Каунас, а затем в Хабаровский край.
Источники:
Иринчук Ю. Вернуть в строй. Госпиталь № 1390 / Ю. Иринчук // Муромский край : газета. – 2020. – № 89 (12 августа). – С.19.
Память народа : [сайт] / Министерство обороны Российской Федерации. – URL: https://pamyat-naroda.ru/ (дата обращения: 20.06.2025).
Электронный банк документов «Подвиг народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» : [сайт] / Департамент развития информационных технологий Минобороны России. – URL: https://podvignaroda.ru/ (дата обращения: 20.06.2025).